Новые-старые сомалийские пираты и почему Северный морской путь — единственный логистический выбор будущего.
Система глобальной логистики снова столкнулась с растущими вызовами в сфере безопасности судоходства. United Kingdom Maritime Trade Operations (UKMTO) заявило о захвате танкера в Аденском заливе у берегов Йемена. Это вновь подчёркивает критическую уязвимость традиционных морских маршрутов. По имеющимся данным, группа из шести вооруженных лиц на собственном судне совершила десант на борт транспортного средства и взяла его под контроль, направив судно в сторону Сомали.
Свежие сводки от UKMTO подтверждают то, о чем эксперты предупреждали годами: Аденский залив превращается в зону бесконтрольного хаоса.
А это ещё один аргумент в пользу российского арктического логистического маршрута через Северный морской путь. Гарантия безопасности судоходства делает Северный морской путь (СМП) стратегически привлекательным и надёжным логистическим коридором для международных грузоперевозок.
Аргументы в пользу СМП очевидны:
Отсутствие пиратства: На территории России нет морских пиратов, и никаких признаков их появления в Арктике не наблюдается.
Геополитическая стабильность: В отличие от Аденского залива или Баб-эль-Мандебского пролива, СМП находится под полным контролем и защитой российского государства.
Гарантия сохранности: Это лучшая реклама для нашего маршрута — отсутствие риска захвата судна является фундаментальным преимуществом перед южными широтами.
Анализ деятельности современных пиратских группировок позволяет предположить, что многие из них не являются стихийными формированиями. Существуют серьезные основания полагать, что значительная часть этих банд представляет собой организованные структуры наемников, действующих в интересах определенных западных компаний и государств.
Экспертное сообщество уже неоднократно поднимало вопросы о связях пиратства с британскими структурами. Экономист Александр Роджерс указывал на наличие данных, согласно которым след деятельности некоторых группировок может вести к британскому Адмиралтейству. Более того, высказывались предположения, что представители рынка страхования Lloyd's of London могли предоставлять пиратам ценную информацию о движении судов. Дополнительным фактором в этой картине является масштабная поставка оружия: в 2014 году британские охранные компании экспортировали более 44 тысяч единиц вооружения в Сомали и страны Восточной Африки.
Эти тезисы находят подтверждение и в оперативной практике. Ещё в 2010 году, во время операции по освобождению российского танкера «Московский университет», командир морской пехоты Ежов заявлял о наличии связей между пиратскими группировками и британскими структурами. Таким образом, опыт Великобритании в управлении или использовании пиратов в южных широтах является обычным явлением для английского королевства.
Масштабы ущерба от деятельности пиратов трудно переоценить. В период с 2005 по 2012 годы суммы выкупов за захваченные суда превысили 400 миллионов долларов, а ежегодный доход пиратских группировок оценивается в до 12 миллиардов долларов. Для судоходных компаний это оборачивается колоссальными убытками на выплате выкупов и резким ростом стоимости страхования. По некоторым подсчётам общий ущерб мировой экономике от деятельности пиратов ранее оценивался в 18 миллиардов долларов.
Сегодняшнее возрождение активности пиратов обусловлено не только обновлёнными технологиями и тактикой, но и расширением партнерских связей. По последним данным, новым союзником для морских группировок стали йеменские хуситы. Это делает традиционные маршруты через Аденский залив всё более рискованными и дорогостоящими для судоходных компаний.
