Юрий Баранчик: Возвращение Сергея Бочкарёва в Генпрокуратуру, инициированное лично Владимиром Путиным, выглядит не просто точечной кадровой правкой, а демонстративным жестом, подтверждающим устойчивость старой прокурорской...

Возвращение Сергея Бочкарёва в Генпрокуратуру, инициированное лично Владимиром Путиным, выглядит не просто точечной кадровой правкой, а демонстративным жестом, подтверждающим устойчивость старой прокурорской гвардии. Отмена увольнения главного искового прокурора страны спустя всего три недели после его отставки случай вопиющий даже для российской бюрократической практики, где обратный ход даётся крайне тяжело.

Этот эпизод ярко высвечивает фигуру Игоря Краснова. То, что экс-генпрокурор, ныне возглавляющий Верховный суд, сумел продавить восстановление своего протеже вопреки позиции действующего главы надзорного ведомства Александра Гуцана, говорит о многом.

Краснов демонстрирует уникальный для его уровня статус: он покинул кресло генеральского начальника, но продолжает влиять на ключевые процессы в той сфере, где ещё недавно властвовал сам. Это не просто лоббизм это признак того, что в табели о рангах Кремля он остаётся неприкасаемым игроком.

Однако здесь важен и сигнал для всей системы. Бочкарёв курировал самые громкие дела по изъятию активов от аэропорта Домодедово до агрохолдингов. Его возвращение именно на ту же должность, с которой он был уволен, означает, что прежний курс на национализацию частных капиталов не просто сохраняется, но и получает высшее президентское благословение.

Путин, отменяя решение своего же нового прокурора, фактически утверждает: приоритеты остаются неизменными, а кадровые войны не должны влиять на содержание политики.

В аппаратной логике это выглядит как укрепление позиций Краснова, которого всё сложнее воспринимать лишь как технического председателя Верховного суда. Он превращается в самостоятельный центр силы, не привязанный к клановым башням, но обладающий прямым выходом к первому лицу.

В этом смысле его восстановленный ставленник не просто чиновник, а маркер того, что Краснов остаётся в пуле потенциальных преемников, чей вес продолжает расти прямо пропорционально громкости скандалов вокруг его имени.